На сегодняшний день фактически общепризнано, что влияние семьи на жизнь человека простирается далеко за пределы детства. Это влияние может носить драматичный характер, препятствуя развитию личности человека, а может наоборот придавать ему сил. Э.Берн говорил, что родители формируют у ребенка жизненный сценарий. «Этот психологический импульс с большой силой толкает человека вперед, навстречу его судьбе, и очень часто независимо от его сопротивления или свободного выбора. Что бы ни говорили люди, что бы они ни думали, какое-то внутреннее побуждение заставляет их добиваться того финала, который часто отличается от того, что они пишут в своих автобиографиях и заявлениях о приеме на работу.» [1] К числу явлений, которые могут быть обусловлены предшествующим семейным опытом, семейным сценарием, мы все чаще относим материнство, как важную составляющую жизни женщины. Вместе с тем, существует мало исследований, в которых изучалось бы соответствие ключевых моментов беременности и родов с точки зрения трансгенерационного взаимодействия, то есть, от поколения к поколению, от матери к дочери, мною была предпринята попытка немного восполнить этот пробел.  

Сегодня, в российской психологической науке, наблюдается рост интереса к психологическим аспектам беременности, родов и материнства, ряд исследователей пришли к выводу о том, что пренатальный и перенатальный периоды жизни человека, одни из самых сензитивных не только для ребенка, но и для его матери. Современные исследования наглядно демонстрируют, что взаимоотношения между матерью и младенцем в раннем возрасте значительно влияют на последующее развитие личности, психическое и физическое здоровье ребенка.

Анализ литературы (А.А.Шутценбергер, К.Эльячефф, Н.Эйниш) показывает, что дочь как правило частично или полностью повторяет материнский сценарий: в выборе партнера, возрасте первой, а иногда и последующих беременностей, сохранении или прерывании беременности, отношении к ней, позиции по отношению к себе беременной, себе – матери, своему ребенку и так далее. «Более взрослое отношение к материнству – желание стать матерью или отказ, пассивное принятие или решительное отстаивание своих прав – никогда не будет полностью отделено от тех связей, что поддерживаются с собственной матерью» [2].

Беременность никогда не воспринималась обществом как чисто биологическая функция, в отличие от отцовства, например, которое на протяжении веков, было лишь биологическим феноменом. Материнство всегда рассматривалось как социокультурный и психологический феномен, что становится особенно актуально в наше время, когда деторождение стало важным, именно, социальным событием, касающимся не только непосредственно родителей и других близких родственников, но и различных медико-психологических служб, государственных органов и коммерческих организаций.

Беременность -  это одновременно и психическое состояние в каждый отдельный момент времени, и, в то же момент, процесс, так как характеризуется постоянной динамикой, что объясняет обилие подходов к пониманию определения и содержания проблемы беременности и родов, она приводит к полной перестройке психологической сферы женщины. Часто будущие матери становятся особенно уязвимыми к воздействию психогенных факторов, потому что сама беременность становится катализатором для запуска глубинных процессов, дремавших в глубине бессознательного, прикрытых выработанными годами, психологическими защитами. Причем, женщина может получить серьезную психологическую травму из-за таких ситуаций, которые в прошлом не были столь актуальными для будущей матери.

Первая беременность часто становится для женщины периодом сильнейших эмоциональных переживаний, сопровождающихся дальнейшим становление собственного «Я» будущей матери, развитием и формированием внутри нее взрослого, который способен заботиться о требовательном и беспомощном младенце. Д. Пайнз, американский психоаналитик, в книге «Бессознатель­ное использование своего тела женщиной» пишет о том, что первая беременность – это время стресса, в особенности для молодой женщины, у которой психическое равновесие еще не установилось [3].

Психологический компонент доминанты беременной, формируется еще до зачатия и характеризуется доминирующими идеями беременности, то есть острым желанием женщины иметь ребенка.

В настоящее время существуют два противоположных взгляда на проблему материнского инстинкта – первый говорит о том, что материнское отношение определяют социальные факторы, второй – что материнская привязанность предопределена теми же врожденными механизмами, что и у животных.

Психоанализ считает своевременное и качественное удовлетворение матерью биологических потребностей ребенка основой развития человека. Стремление к удовольствию при реализации этих потребностей лежит в основе психосексуального развития личности. Мать является первым объектом влечения, потому что первоначально ребенок любит саму заботу о нем, которую осуществляет мать, и уже на основе этого возникает любовь к матери, как объекту, дарящему это удовольствие. А значит мать оказывает влияние на дальнейшее формирование объектов влечения всех потребностей и способов их удовлетворения, в том числе и к будущим детям.

Идея о существовании некоего жизненного сценария впервые была разработана Эриком Берном, который в своих ранних работах определял его как «бессознательный жизненный план». Затем он дал более полное определение: «План жизни составляется в детстве, подкрепляется родителями, оправдывается ходом событий и достигает пика при выборе пути» [1].
B теории сценария, есть идея, согласно которой ребёнок составляет определённый план своей жизни, a не просто формирует основные взгляды на жизнь. Haхoдитьcя в жизнeннoм cцeнapии, пpoигpывaть cцeнapнoe пoвeдeниe и cцeнapныe чyвcтвa этo знaчит peaгиpoвaть нa peaльнocть «здecь и тeпepь» кaк бyдтo бы этo миp, нapиcoвaнный в дeтcких peшeниях. Чeлoвeк чaщe вceгo вхoдит в cвoй cцeнapий в cлeдyющих cлyчaях:
• Кoгдa cитyaция «здecь и тeпepь» вocпpинимaeтcя кaк cтpeccoвaя.
• Кoгдa имeeтcя cхoдcтвo мeждy cитyaциeй «здecь и тeпepь» и cтpeccoвoй cитyaциeй в дeтcтвe.

Содержание внутренней позиции включает в себя мотивационный, когнитивный и эмоциональный компоненты. Мотивационный уровень сформированной внутренней материнской позиции – это личностные смыслы и ценности, связанные с материнством, включение его в систему мотивов и потребностей, направленных на выполнение материнских функций и на ожидания, направленные к ребенку и к себе, как к матери. Когнитивный компонент внутренней материнской позиции представляет из себя осознаваемые ценностные представления о материнстве,  младенце, себе как матери,  детско-родительских отношениях. Эмоциональный уровень внутренней материнской позиции – это эмоциональное отношение к материнству, ребенку и к себе в роли матери.

Беременность можно рассматривать как этап развития личности и как стадию формирования материнства. Она касается всех сфер жизни будущей матери и предполагает физиологические изменения, перемены в  семейном и профессиональном статусах, деформации отношений с окружающими, структуры деятельностей, перспективы жизни в целом. Мы можем провести аналогию между беременностью и периодами возрастных кризисов, во время которых происходит смена социальной ситуации развития. Психологическая готовность к материнству связана с наличием внутренней материнской позиции.

Принятие внутренней материнской позиции происходит во время беременности, которую, таким образом, некоторые авторы рассматривают, как период перехода к новой социальной роли – роли матери. Внутренняя материнская позиция как специфическая система потребностей, связанных с материнством, формирует мотивационную направленность на выполнение материнских функций во время беременности и родов (в форме поведения, направленного на сохранение здоровья ребенка и поддержание его оптимального состояния), а также после рождения ребенка.

Существует противоречие между признанием факта влияния родительского опыта на будущую жизнь их детей и фактическим отсутствием научно обоснованных данных о проявлении этого влияния в течении беременности и родов матери  и дочери, именно этот факт и стал отправной точкой исследования, в котором была предпринята попытка связать сценарии течения беременности и родов у матерей и дочерей. Исследование проводилось в Москве, в период с декабря 2015 г. по июнь 2016г. Выборку составили  5 пар «мать-дочь». Испытуемые –  это женщины в возрасте от 28 до 33 лет (дочери) и от 51 до 57 лет (матери), с высшим образованием, жители мегаполиса, в данном случае Москвы. У всех дочерей есть дети не старше 5 лет и не младше 1,5.

Для решения поставленных задач, использовались такие методы, как

- анкета для сбора социально-биографических характеристик;

- опросник по онтогенезу материнства (Г.Г.Филиппова);

- проективная рисуночная методика «Я и мой ребенок» (Г.Г. Филиппова);

- опросник  ТОБ (тест на определение отношения к беременности) (И.В. Добряков);

- семейная социограмма (Э.Г.Эйдемиллер).

На основании данных анкет для сбора биографических данных выборка выглядела следующим образом:

- семейное положение (пять респондентов –  дочерей  состоят в зарегистрированном браке; из матерей –  четверо состоят в зарегистрированном браке и одна –  в гражданском);

- уровень образования (все десять испытуемых имеют высшее образование).

- занятость (пять респондентов –  дочерей находятся в отпуске по уходу за ребенком, но при этом работают неполный рабочий день; из матерей – пять работают полный рабочий день);

- количество детей (трое дочерей имеют двоих детей, две – одного ребенка; из матерей – трое имеют 1 ребенка, две – двоих детей).

В связи с тем, что гипотеза исследования состояла в том, что внутренняя материнская позиция, проявляемая в беременности и родах, у дочери связана с внутренней материнской позицией, проявляемой в беременности и родах у ее матери, все методики анализировались попарно, внутри каждой пары «мать-дочь».

При анализе анкеты по сбору социально-биографических данных большинство параметров совпало у трех из 6 пар «мать-дочь», у одной пары совпала половина исследуемых параметров, у одной – меньше половины.

В большей степени совпадение отмечается по показателю запланированности беременности (у 5 из 6 пар), затем по способу родоразрешения (4 из 6), у половины по количеству детей, наличию сложностей с зачатием и вынашиванием беременности и в наименьшей степени повторяемость встречается по показателю «наличие абортов», что может быть связано не столько с наследованием сценария, сколько с ростом качества способов контрацепции.

В опроснике по онтогенезу материнства самым частым повторяемым параметром являются – характер отношений с матерью, наличие игр с куклами, участие мамы в этих играх и совпадение реальной и ожидаемой реакции мамы на беременность. У четырех пар совпадают 2 параметра – наличие телесного контакта с мамой и отношение мамы к беременности. Знание о беременности, родах и кормление – это параметр который совпадает у меньшего количества пар.

У четырех групп испытуемых из пяти зафиксировано совпадение по большинству параметров, у одной – по половине показателей. Полное совпадение всех исследуемых параметров наблюдается только в одной  группе. Таким образом, можно сказать, что в значительной степени имеется межгендерная  трансляция  онтогенеза материнской сферы.

При анализе проективной рисуночной методики «Я и мой ребенок» по пяти значимым признакам из семи отмечается совпадение во всех пяти парах – это расположение фигур на листе, замещение, наличие совместной деятельности и телесного контакта, а также изолированность ребенка. Совпадение по другим признакам (наличие дистанции и наличие дополнительных объектов) встречается не менее, чем у трех пар. Количество совпавших параметров от 5 до 7 во всех парах, из них у трех отмечается полное совпадение по всем 7 параметрам. Таким образом, по данной методике,  на данной выборке, отмечается в значительной степени совпадения отношения к материнству у дочери и матери.

В опроснике ТОБ выделено 12 показателей, по которым проводилось сравнение отношения респонденток к беременности: восприятие беременности,  восприятие нового образа жизни во время беременности, отношение во время беременности к родам, восприятие себя как матери, восприятие своего ребенка, отношение к кормлению грудью, изменение отношения мужа к беременной, изменение окружения к беременной, изменение отношения социума. В результате чаще всего совпадение наблюдается в представлении о кормлении грудью (4 раза из 5), 2 раза совпадают такие параметры как восприятие беременности,  восприятие нового образа жизни во время беременности, изменение отношения мужа к беременной, изменение отношения социума. Такой параметр, как восприятие своего будущего ребенка не совпал ни у одной пары. Остальные параметры совпали по одному разу соответственно.

  При анализе семейной социограммы видно, что, основным параметром, который совпадает в исследуемых парах – это величина фигур  (совпадает в четырех парах), затем дистанция между фигурами (в трех парах). Реальное и нарисованное количество членов семьи не совпадает ни у одной пары.

Максимальное число параметров во всех пяти методиках совпадает у пары, отношения внутри которой характеризуются теплотой, поддержкой и тесным эмоциональным и телесным контактом.

Максимальное количество раз совпадали такие параметры как оценка себя в семейной системе, отношение к кормлению грудью, оценка отношений с матерью, запланированность беременности и способ родоразрешения. Самыми незначительными, с точки зрения повторяемости, можно считать такие параметры как восприятие своего ребенка, знание о родах, беременности и кормлении, а также наличие прерванных беременностей.

В результате проведенного исследования можно сделать следующие выводы:

1. Сценарий течения беременности и родов дочерей не всегда схож со сценарием беременности и родов их матерей.

2. При анализе совпадения сценария течения беременности и родов в большей степени совпадение отмечается по показателю запланированности беременности, затем по способу родоразрешения, у половины по количеству детей, наличию сложностей с зачатием и вынашиванием беременности.

3. При анализе онтогенеза содержания материнской сферы самым частым повторяемым параметром являются – характер отношений с матерью, наличие игр с куклами, участие мамы в этих играх и совпадение реальной и ожидаемой реакции мамы на беременность, затем –  наличие телесного контакта с мамой и отношение мамы к беременности.

4. При анализе проективной методики, как совпадающие у большинства пар из выборки, можно выделить такие факторы как самооценка, близость и характер отношений в паре.

5. Анализ отношения к беременности показал, что самое частое совпадение наблюдается в представлении о кормлении грудью (оно спокойное, без эйфории или отвращения), менее чем у половины выборки совпадают такие параметры как восприятие беременности, восприятие нового образа жизни во время беременности, изменение отношения мужа к беременной, изменение отношения социума.

6. Анализ представлений о семейной системе показал, что основным параметром, который совпадает в исследуемых парах – это значимость членов семьи, затем дистанция между ними.

7. Можно говорить о некоторой взаимосвязи между близостью и характером взаимоотношений между матерью и дочерью и вероятностью повторения сценария течения беременности и родов.

В результате мы приходим к выводу, что существует взаимосвязь между материнской позицией, проявляемой в беременности и родов у матерей и дочерей в диаде «мать-дочь», но нельзя говорить о полном совпадении сценариев течения беременности и родов. Также на эту повторяемость оказывает влияние существование множества дополнительных факторов, таких как характер отношений в диаде, информированность дочери о ее собственном рождении, знания дочери о нормальном течении беременности и родов и т.д.

Полученные данные позволяют увидеть новые направления психологической работы с беременными женщинами, такие как прояснение истории будущей матери, проявление интереса к тому, как проходило ее рождение, каков характер ее отношений с собственной матерью, все это может послужить бесценным материалом, который можно использовать для предупреждения проявления негативных сценариев течения беременности и родов. Пока рано говорить о том, что сложная беременность матери обязательно отразиться на том, как будет протекать беременность ее дочери, но можно предполагать некоторую предрасположенность, повышенные риски, которые стоит учитывать в психотерапевтической работе с беременными женщинами.